«

»

Нет повести печальнее на свете, чем наблюдали копенгагенские дети. Убийство Мариуса при отягчающих обстоятельствах.

Убийство жирафа в копенгагенском зоопарке

 Никаких секретов — все можно обсуждать и все можно показывать.

Никаких секретов — все можно обсуждать и все можно показывать.

 

Способ и демонстративность убийства уже второго молодого жирафа на глазах у детворы в Копенгагенском зоопарке потрясают цинизмом и бессмысленностью рационализаций, превратив его в кровавый спектакль абсурда.

Еще через несколько дней в датском музее естественной истории был организован натуралистический урок для детей по вскрытию волка с последующими экспериментами по надуванию легких уже разделанного животного. Такой невероятный по степени цинизма «натурализм», вызывает в нашу удивительную эпоху, когда любая жизнь (даже жучка), возведена в ранг наивысшей ценности, по меньшей мере, сомнения в адекватности образовательных систем некоторых развитых (?!) государств.

Похоже, мы становимся наблюдателями зарождения нового воспитательного тренда.

 

Зачем убивать Мариуса?

Какие цели преследовало руководство этих учреждений, неизменной публикой которых являются дети, начиная с самого нежного возраста, и какая необходимость делать их невольными участниками бесчеловечной расправы над живыми существами?

Вкратце рационализации таких действий известны уже всем ознакомившимся с этой новостью:

- Сохранение здоровья жирафовой популяции (жирафенку не нашли пару для скрещивания)

- способ убийства был продиктован сохранением качества мяса, которое исполнители отвратительного акта отправили на лабораторные исследования и корм для хищников.

- открытость изучения животных для детей (чтобы не домысливали)

Но как бы ни убедительно звучали оправдания в законности подобных действий, обернутые в Правила Европейской ассоциации зоопарков и аквариумов, они все равно не объясняют, с какой целью к этому «шоу» были привлечены маленькие зрители, для многих из которых такое зрелище останется психологической травмой, возможно, на всю жизнь.

 

Это дети, включающие в свое психическое зрительный вектор. Чувствительные, эмоциональные, сострадательные, они в ужасе закрывали носы , отводили глаза, а то и вовсе не выдержав, выходили…что творилось у них в душе и какую глубокую травму перенес их зрительный сенсор, можно только догадываться.

Системно-векторная психология наглядно и наблюдаемо на жизненных примерах показывает, как зрительный ребенок способен терять зрение из-за потери эмоциональной связи с любимым животным (например после смерти домашнего хомячка).  Когда же такой малыш становится коллективным свидетелем казни, да еще и возведенного в форму анатомического шоу, то для впечатлительного зрительника, обладающего способностью к самой широкой амплитуде эмоций, способного оживлять в своем воображении даже неживое, это становится фатальным переживанием, вплоть до потери зрения или значительного его ухудшения, с преследующими впоследствии образами, развитием разного рода фобий и эмоциональных зависимостей.

Если юный зрительник, получивший в раннем детстве такого рода травму, не успеет развить свои психические свойства, преодолев свои страхи и вынеся их наружу в сострадание и чувство любви до окончания пубертата, то его психологическое здоровье будет поставлено под серьезную угрозу.

Таких зрительников,  полных страхов и фобий, мы можем наблюдать в социуме  в различных сообществах маргинального типа, вроде эмо, готтов и прочих сект. Они склонны к демонстративному поведению, эмоциональному шантажу с истериками и вызывающему убранству (от разноцветных волос до публичного нуддизма), привлекая к себе внимание общественности любыми способами, верят в чудеса и высшие силы, снимая с себя ответственность за собственную жизнь, проводя ее в бесконечных страхах и эмоциональных зависимостях вместо реализации своего блестящего интеллектуального и эмоционально — чувственного  потенциала.

Как правило, жизненный сценарий таких неразвитых зрительников плачевен, и имеет высокую долю вероятности перерасти в виктимность. Дело в том, что эмоция страха стрессующего или неразвитого зрительника издает специфический запах (http://www.yburlan.ru/biblioteka/ubiistvenniy-stsenariy), улавливаемый бессознательным других людей, имеющим не всегда здоровые намерения. Именно этот  не осознаваемый запах страха жертвы и привлекает последних. Жертвы афер, изнасиловний, маньяков – в основном, люди с неразвитым, получавшим эмоциональные травмы зрительным вектором, находящимся в состоянии страха.

О том, с какой отправной точки могут начинаться такие состояния, я описывала в статьях ранее (http://inmyhouse.info/blog/ritova/rebenok_napugan/http://inmyhouse.info/blog/ritova/strah/) .

 

Мы заставляем их подавлять слезы вместо того, чтобы развивать воображение и умение сострадать.

Мы заставляем их подавлять слезы вместо того, чтобы развивать воображение и умение сострадать.

Существенный нюанс состоит еще и в том, что именно в наше время и именно в современных условиях, удар по зрительному сенсору, особенно опасен для мальчиков с кожно- зрительной связкой (http://www.yburlan.ru/biblioteka/strashno-krasivaya-zhizn-odnogo-kozhno-zritelnogo-muzhchiny). Мы делаем огромную взрослую ошибку, пытаясь взрастить из них «настоящих мужиков», способных «постоять за себя» и дать в морду.

То и дело сравнивая их, ранимых, с тонкой эмоциональной организацией, похожей на женскую, девчачью, с «настоящими пацанами», мы заставляем их подавлять слезы вместо того, чтобы развивать воображение и умение сострадать, записываем на кружок по самбо вместо обучения игре на гитаре, своими упреками «ну что ты как девчонка» учим эмоциональной черствости, укрощению чувств вместо  развития способности создавать крепчайшие эмоциональные связи, заставляем «закаляться»  сценами ужасов вместо развития вкуса через созерцание прекрасного.

Для таких ребят сцены убийств животных, как это происходит в Дании и вероятно, в других странах с подобными «открытыми» традициями образовательных систем,  пагубно отражаются на психике как ни у кого другого. А между тем, именно им, в потенциале здорового развития, отведена роль формирования культуры нового типа, единственно способной совладать с возросшим до невероятных высот, уровнем всеобщей и взаимной неприязни, с которым современный наработанный культурный пласт уже не справляется. Вывести качество высшего гуманизма на совершенно новый уровень развития – задача, без выполнения которой человечество, до сих пор, неуклонно продвигается к самоуничтожению.

Кроме того, размышления о причинах необходимости именно прилюдной казни животных с участием детей наводят на размышления о  ритуальных жертвоприношениях, призванных на ранних этапах развития человечества сбрасывать, бурлящий на грани взрыва, уровень накопившейся взаимной неприязни и фрустраций. Сбрасывая накопившееся напряжение, реализуя один из первичных позывов на убийство, ранние люди оформляли его ритуалом жертвоприношения, получая разрядку и снимая напряжение на время. Но ненадолго. До следующей жертвы. С развитием культуры, а значит, со все более возрастающими ограничениями, направленными на сохранение человеческой жизни как высшей ценности, такие архетипичные ритуалы ушли в прошлое.

Однако сегодня, в век наивысшего расцвета человеческой культуры, инциденты, подобные произошедшему в Дании, заставляют  задуматься о том, а достаточен ли тот уровень развития мирового наработанного нашей цивилизацией культурного слоя, который до этого времени сдерживал возможность проведения кровавых ритуалов на глазах у психически неокрепших детей. Похоже, накопившееся напряжение общества настолько велико, что оно испытывает необходимость в такого рода разрядках, сбрасывая свои фрустрации на несчастных, но, пока еще,  животных? И все же следующими и первыми после животных жертвами таких общественных недугов, становятся дети. Их калечат изнутри, начиная с подсознательного.

Под прикрытием «открытости» и «честности» внедряемой образовательной системы  нового, якобы прогрессивного типа, очень похоже, что новое поколение «приучают»  к спокойному отношению к «естественным процессам», нивелируя таким способом чувство сострадания, сопереживания сначала к животному, а потом и к ближнему, взращивая с детства эмоциональную черствость. Людьми, не испытывающими эмпатии друг к другу, легче управлять. Ведь в этом случае они теряют межличностные связи, становятся неспособными объединяться, консолидироваться, соучаствовать, ощущать причастность к общему целому, к социуму, превращаясь в бездушных роботов.

Пока еще это только начало и где-то в Дании, однако в современном мире, при углубляющихся  процессах стандартизации и глобализации,  все части целого настолько взаимозависимы и взаимосвязаны, что впору бить тревогу всему сообществу в целом, не дожидаясь времен, когда такое «открытое» обучение  детей станет нормой для всех.  Иначе, введение  нового «продвинутого» воспитательного тренда может стать «нормой» не только в Дании.

 

Статья написана по материалам тренингов по системно-векторной психологии Юрия Бурлана.

 

Поделиться с другом

Опубликовать в Facebook
Опубликовать в Google Buzz
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Одноклассники
Опубликовать в Яндекс

2 комментария

  1. Луиза

    К огромному сожалению, то, что делается в Дании, из самых лучших побуждений — это недопустимый опыт над последним поколением. Психологическая безграмотность — есть прямое вредительство будущему…Все смешалось в датском королевстве. Спасибо за верные акценты в статье на проблему…

    1. Асия

      С одной стороны психологическая безграмотность, а с другой — скорее стремление кожной меры к стандартизации и реализации своих ценностей,
      где все подчинено жесткому закону, на каждое движение — свой закон, свое предписание. Вот и этот акт был совершен в полном соответствии с буквой стандартизированного кожного закона — в нем нет ни одного противозаконного шага. Вот это и страшно. Более того, я думаю, что это не психологическая безграмотность, а сознательная политика взращивания бесчувственного поколения.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *